22:29 

Fic again

Lafrey
Тонкая ветка-плеть, ломкая бирюза
Автор: Lafrey
Название: Times of year
Фендом: Тор
Персонажи: Локи, Тор
Рейтинг: G
Жанры: лёгкий слэш, романтика, повседневность, флафф
Предупреждения: OOC
Размер: Мини
Статус: закончен
Размещение: да ради Бога, только ссылку дайте, я полюбуюсь
Описание: Что может быть чудеснее, чем воспоминания о юности? 2 подростка, 4 времени года и один такой переменчивый Мидгард.
Примечания автора: Тор уже примерно Одиновского возраста, Локи пропал без вести после того, как был пойман Мстителями (сбежал от брата). Никакой мифологии, да и из фильма есть только разве что персонажи, никаких отсылок. Перекосы и несостыковки во времени. И да, в моём лесу дубы соседствуют с берёзами и хвойными. Моё предположение, что в Асгарде не меняются времена года. Рекомендую прослушать музыку, под которую было написано:
Тема осени

Тема зимы

Тема лета

Навеяно этим артом megatruh.deviantart.com/#/d5iwvvg
Автор сторонник какой-то тупой симметрии текстов по размеру, содержанию и прочему, уж простите.

Иногда Тор вспоминает, как, будучи подростками, они встречали времена года в Мидгарде, любуясь тем, чего не могли увидеть на родной земле. Каждая такая вылазка была чем-то волнительным и запоминающимся. Локи уже тогда был мастером находить тайные тропы между мирами, и, вот так, тайком от Хеймдаля, они сбегали в совершенно необычное для них место, где не было условностей, проблем, различий. Не было предубеждений и лжи – все оставалось дома, в Асгарде. А здесь они могли побыть просто самими собой. Иногда, где-то в промежутках между царствованием и царствованием, запершись в покоях и сняв терновый венец, Тор невообразимо скучал по этим временам.

Зима.

День зимы морозный и солнечный, с сиянием льдов и снежными шапками на деревьях, с наполненным упоительной свежестью воздухом. Братья, не ожидавшие попасть в такое время, застывают на месте, ошеломлённые красотой. Локи восторженно разглядывает слепящий пейзаж, размышляя о том, что всё это – как Йотунхейм, только в чём-то наоборот. Никакой мрачности и горделивого величия устремившихся ввысь льдов – только яркий солнечный свет, преумножаемый серебром снега, покрывшим пышным одеялом поля. Сердце Тора полно восторга и упоительно новых ощущений, он радуется простору как маленький ребёнок. Всё для него в диковинку, всё так неожиданно и удивительно прекрасно. Сорвавшись с места, Тор пускается бегать по полю, взрывая холодный пух и оставляя глубокие следы. Его застывший кроваво-красный плащ со свистом рассекает застывший морозный воздух, остекленевшие доспехи мелодично звенят. Локи со снисходительностью не склонного к подобным глупостям человека наблюдает за ним, с лёгким стыдом отмечая, что всё-таки не отказался бы последовать его примеру. А пока он углубляется в себя и размышления, Тор успевает смастерить крепкий снежок и заехать им брату в плечо, отчего красивые тонкие губы младшего округляются в выразительную букву «о».

Скоро всё пространство когда-то пшеничного поля начинает напоминать уже место боевых действий. Немыслимые ледяные баррикады перемежаются с кучками идеально отполированных магией снежных зарядов. Тор жутко счастлив и измождён, и ему уже просто не хватает воздуха от заливистого смеха, а перед глазами всё ещё стоит образ безмерно удивлённого Локи. Младший тем временем с коварной улыбкой готовится к новой атаке: это его великая месть за посягательство на царскую персону. Тор, увидев масштабы оружия, поднимает руки вверх в жесте примирения и безвольно падает на снег, громко хохоча. Локи светло улыбается, чувствуя одновременно удовлетворённость и безмерную усталость, а удивительно тёплый ветер ласкает его разгорячённые щёки.

Тор лежит на крошках льда, совсем не чувствуя холода, и смотрит в высокое недосягаемое мидгардское небо. Оно разительно отличается от асгардского – всё одного нежно-лазурного тона с ватными кудряшками облаков. Солнце слепит Тора, он, щурясь, пытается хоть что-то рассмотреть в безмятежной синеве, но глаз выхватывает только незнакомую птицу, парящую в выси. Скоро ему это надоедает, но вставать совсем не хочется, хоть холод и начинает пробираться сквозь толщу доспехов, леденя разгорячённое тело. Локи стоит рядом и молча наблюдает за братом, по-птичьи склонив голову набок. Заледеневшие цвета воронова крыла пряди ласкают нежные щёки с каждым порывом лёгкого ветра. Он в задумчивости считает часы до их ухода – у них не так уж и много времени. Но, прежде чем вернуться, им нужно где-то оттаять, избавиться от снега и морозного румянца. В Асгарде вечное лето, и, если они попадутся случайно Одину на глаза, первая вылазка в Мидгард станет последней. Не так уж трудно сложить два и два и понять, где братья были.

Локи наблюдает за солнцем, стремительно катящимся по небосводу к границе горизонта. Огненный шар больше не слепит, постепенно тускнея, и можно без опаски его разглядывать. Хотя, в этом нет ничего интересного. Но солнце уходит – и забирает с собой тепло. Локи передергивает от холода, тело пробивает мелкая дрожь. Он опускается на колени и молча трогает Тора за плечо. Тот лениво поворачивает голову и, увидев посиневшие губы брата, в один момент вскакивает с примятого снежного покрова. Всё-таки им крайне необходимо тепло.

После бесплотного получасового плутания, они случайно натыкаются на старый покосившийся дом лесника. Здоровые массивные брёвна, покрытые болотного цвета мхом, резной конёк крыши, заботливо припорошенный снегом, маленькие оконца с треснувшими стёклами, поскрипывающее досками крыльцо. Порядком уставший тащить брата Тор с радостью оглядывает их временное убежище. Рассохшаяся дверь открывается с одного удара ноги, жалобно скрипнув петлями. Братья, пригнувшись, втискиваются в маленький проём, Локи даже умудряется стукнуться о косяк. Пока он шипит на пресловутую деревяшку и потирает ноющий локоть, Тор осматривает помещение. Внутри довольно просторно, сухо и относительно тепло, а в углу даже сложены в аккуратную поленницу дрова. Тор довольно улыбается, закатывает рукава и принимается за дело.

Огонь мягко потрескивает в печи, воздух наполнен упоительным теплом. Локи удовлетворённо вздыхает и крепче прижимается к растянувшемуся рядом брату. Они накидали на деревянный пол шкур, какие нашли в старинном кованом сундуке и теперь, сняв обледеневшие доспехи, грелись в мягком мехе. Локи меланхолично считал, сколько у них осталось времени, пока Тор наслаждался редким уединением и близостью с младшим братом. Вот он рядом, никуда не бежит и не торопится, не шипит на него и не сочится сарказмом, а тихо лежит, закутавшись в шкуру по самые зеленые свои глаза. Тор мягко касается узкого холодного бедра, пробегается пальцами по коже с короткими волосками, совершенно безбоязненно изучает тело Локи, замершего от неожиданного ощущения. Старший проникается всем очарованием момента, запоминает всё до мелочей: понимает, что такого младший ему больше не позволит. Тор закрывает глаза и всем своим телом впитывает совершенно непривычный «зимний» запах брата: смесь ароматов свежего снега, мокрого металла и терпкой рублёной древесины. В его голове возникают совершенно неожиданные образы, которые путаются между собой и тают под накатившим забвением от неги и тепла. Локи, закончив расчёты, смотрит на разомлевшего Тора, потом устало вздыхает, поворачивается на бок и утыкается холодным носом брату в грудь, закрытую красной хлопковой тканью, вдыхает его запах. У них всё-таки есть еще пятнадцать минут.
После упоительно долгого дня, с первыми проблесками ночи, братья тихонько возвращаются в родной Асгард.

Весна.

Вечер весны яркий и живой, наполнен музыкой вод и ликованием природы. В это время никто не спит, наоборот – всё пробуждается. Локи совсем не нравится весна, когда вроде и тепло, но холодный ветер портит всю картину, ещё и сыро, и остатки снега обманчиво крепки, в то время как под ними бежит ручей. В этот раз он приходит один и всё совсем не так. Его не трогает радость и торжество проснувшейся природы, но грусть томит душу. Локи кажется, что он на грани открытия страшной тайны и это не даёт ему покоя, грызёт изнутри. Молодой бог пытается поймать мысли, собрать их, словно звуки, брызнувшие от струн и слить в чёткую мелодию, но каждый раз они ускользают от него. Локи закрывает глаза, подставляет лицо ласковой прохладе ветра, приносящей запах оттаявшей земли и терпкой свежей зелени. Наверное, если бы Тор был рядом, терзания бы его так не мучили.

Локи медленно шагает по берёзовой роще, рассматривая непривычный глазу узор на коре. Тонкие хрупкие ветви стыдливо голы, застыли в ожидании зелёного одеяния, влажно блестя призмами оставшегося льда. Капли беззвучно падают на сырую землю, где между корней в проталинах пробивается нежный цветок подснежника. Локи застывает в немом восхищении и уважении к первоцвету, любуется его красотой, а потом идёт дальше, перебарывая желание сорвать росток.

Локи не знает, зачем ходит здесь. Он давно бы мог вернуться в Асгард, в тепло вечного лета, а не бороздить сырые поля и леса в ожидании неизвестно чего. Ноги потихоньку начинают уставать, а сапоги – наполняться водой, отсыревший плащ мокрой тряпкой болтается за спиной, льнёт к ногам, затрудняя ходьбу. Бог останавливается у ближайшего расписного дерева, опирается на него спиной и закрывает глаза. Где-то недалеко заливается птица, где-то совсем рядом журчит ручей, лопочет белка, надрывается за работой дятел, где-то через миллионы километров в золотом царстве осталось самое дорогое, что, возможно, есть у Локи. Ещё ему кажется, что он живёт десятки тысяч лет, что смертельно устал и ему нечего делать во всех девяти мирах, и вообще пора на покой куда-нибудь, где никто не найдет. «Весенняя депрессия» - усмехается Локи и медленно трогается с места.

Поблёкшее солнце скрывается за мрачными тучами, в воздухе ощущается наступление грозы, зверьё, испуганно пища, разбегается по укрытиям. Прекратилась музыка ликующей весны, тишина поглотила лес, всё застыло перед бурей. Локи медленно вдыхает свежий озон и тоже продвигается к укрытию, найденному зимой. Никому не хочется мокнуть под первым в году дождём, даже богам.
Локи ступает на крыльцо, влажные доски прогибаются под его тяжестью. Он устало опускается на грубо срубленную неотёсанную скамью и прислоняется к бревенчатой мшистой стене. Теперь его настроение растёт в геометрической прогрессии, но ни одна чёрточка лица не выдает его благодушного состояния. Прикрыв глаза цвета свежей зелени, Локи ерзает, устраиваясь поуютнее и готовится ждать.

Молния неожиданной вспышкой раскалывает сумрачное небо надвое, гром довершает ее дело мощным раскатом. Ветер гудит в кронах высоких дубов, качает стволы, вырывая из них жалобный скрип. Каждый его порыв скручивает плетьми пряди волос Локи, ударяет его по лицу, но он не двигается. Первые капли дождя разряжают накалившуюся обстановку, с тихим шорохом омывая крыльцо, стекая по рассохшимся потемневшим балкам. Вода заслоняет домик от всего мира, и даже ветер не в силах преодолеть эту стену. С каждой минутой дождь набирает обороты, зло вбиваясь в землю. Локи подаётся вперёд и протягивает руку под льющуюся воду. Кристально чистые капли стекают с молочно-белой кожи, оставляя кривые дорожки. Вдруг из темной стены воды показывается букетик подснежников и плавно опускается в ладонь Локи. Рука сжимает влажную листву до скрипа.

- Приветствую, брат. – мелодично произносит молодой бог, сверкая изумрудными глазами. – Не ожидал тебя увидеть здесь.
Тор насуплено кивает и вступает под защиту крыши. С его одежды стекают мутные ручейки, собираясь в лужицы под ногами, но он не обращает на это внимания.

- Хотелось бы поинтересоваться, как ты сбежал из-под надзора Одина, но не будем об этом. – улыбается Локи. Вместо ответа Тор берёт его за руку и утягивает за собой, ногой открывая дверь. Помещение пахнет пылью, осевшей тонким слоем на оставленных зимой на полу шкурах. Локи неуверенно проходит, стараясь не наступить грязными сапогами на белый мех. Тор же, уже сняв обувь, топчется на шкуре, бессмысленным взглядом окидывая комнату. Младший в неуверенности застывает у входа, не зная, что ему делать дальше. Вдруг Тор вздыхает и становится на колени, мощным движением привлекая к себе Локи за талию, прижимаясь щекой к холодному металлу доспехов. Бог смущен, но не пытается вырваться, а мягко гладит брата по спутанным светлым волосам, позволяя обнимать себя, сколько тому угодно. Тор фыркает от попавшей на лицо воды, но не отступается. Весенний Локи пахнет молодой листвой, влажной землёй и свежестью первого дождя, и старший, вдыхая его аромат, готов признать, что он самый лучший на свете.

Небосвод – чистое, вымытое первым дождём зеркало, тёмно-серый шёлк. Лёгкая улыбка играет на губах Локи, когда в середине ночи он под его сумрачным покровом уводит за собой брата домой.

Лето.

Ночь лета тиха и невыразимо нежна, а её покров темнее, чем когда-либо в году. Она наполнена пьянящим ароматом цветов, музыкальным шелестом листьев, пением соловьев до утра. В этот раз Тор приходит один и именно сейчас, в счастье одурманивающего тепла, понимает, как ему не хватает брата. Их маленький дом, недалеко от лесной прогалины, остался цел и невредим. И сейчас Тор лежит на нагревшейся за день, шершавой черепице и тоскует. Все потрясающие ощущения затмевает печаль от невозможности разделить их с кем-то близким. Плащ, повешенный на конек крыши, знаменем колышется под лёгкими порывами ветра. Взгляд упирается в тяжелый бархат неба, и сейчас оно кажется таким близким, что Тор протягивает руку– и удивляется, поймав пустоту.

Миллиарды миллиардов звезд выткали уникальное кружево на небосводе. Одинсону интересно: где же может находиться их дом? Но звёзды скачут перед глазами, сбивая рисунок и не давая понять, нашел он свою систему или нет. Августовский ветер хоть и тёпл, но резок, и его порывы качают слабый домик, волнуют тихую ночь. Она мечется, словно птица, и свет колеблется: то он от звёзд, то от луны, а то его и вообще нет.

Млечный путь туманной лентой окутал ночь, ватным одеялом завернул её, прижал к себе и успокоил. Месяц, наконец, скрылся, ветер утих и начался концерт невидимых скрипачей-сверчков. Тор приоткрыл глаза и удивился: когда это он успел заснуть? В это время по небосводу пронеслась и ринулась вниз одинокая звезда. Он сел и, скрестив пальцы, про себя загадал желание. Вспышка мелькнула и пропала во мраке. Тор легко спрыгнул с крыши, и тут ему в голову пришла идея. Старая масляная лампа наконец-то пригодится.

Тёплый огненный светлячок бьётся в стеклянной колбе на крыльце. Тор, прислонившись к балке, сонно моргая, наблюдает за языками пламени. Небо уже скоро должно начать светлеть: летние ночи такие короткие.

- Спасибо. Без этого я не смог бы найти дорогу к тебе.
Мягкий, бархатный голос, ласкающее прикосновение тёплого ветра. Тор всматривается в черноту деревьев и видит там своего брата. Он не двигается, а старший Одинсон чувствует запах ромашек, свежесть летнего дождя и малины, слабо доносящийся со стороны Локи. А еще чувствует, как тот улыбается. Тор, несмотря на сделанное ранее, никогда не верил в приметы и падающие звёзды, поэтому сейчас счёл этот случай лишь счастливым совпадением. Тоска улетучилась, оставляя место сладкой летней истоме и ощущению покоя, целостности.

- Держи.
Локи ставит небольшую корзину на доски рядом с Тором. В ней, под зеленью листьев, матово поблескивают ягоды. Целый сбор: малина, земляника и костяника. Тор сначала недоверчиво косится на брата, но, получив одобрительный взгляд, берет одну из ягод и пробует. Кисло-сладкий прохладный вкус земляники растекается на языке. Это первая его еда в Мидгарде и можно сказать, что он вполне ей доволен. Тор кивает в знак благодарности и, взяв малину, предлагает её Локи. После секундного колебания тот наклоняется и прихватывает губами ягоду с ладони. Старший неловко и искренне улыбается, и ради этого Локи даже готов повторить жест.

Ощущение лёгкой щекотки сохраняется даже тогда, когда с блёклым рассветом они возвращаются в Асгард.


Осень.

Утро осени сырое и прохладное, наполненное сверкающим инеем и дымкой тумана по земле. Небо цвета нежной голубики стремительно светлеет и надо торопиться. Тор, с трудом ориентирующийся в этих незнакомых дебрях, старается не упустить из виду легко шагающего брата. Мягкий изумрудный мох пружинит под ногами, опутанные кружевом паутины сосны мягко касаются мохнатыми лапами плеч, обволакивая приятной тяжестью. Видимо, в этот раз они оказались чуть дальше любимого места. Тепло, поднимающееся от земли, расслабляет, и очень хочется уже сесть и отдохнуть. Но порывы прохлады, забирающиеся за воротник, подстегивают идти дальше.

Суровые дебри, тронутые терпким багрянцем, меняются с легкомысленными золотыми прогалинами. Где-то из-под кучи иголок выбивается плотная шляпка гриба – для Тора совсем неведомая вещь. Он приседает на корточки и осторожно трогает плотную бархатную поверхность. Тор чувствует на себе взгляд Локи, но он не осуждающий или торопящий, а любопытный и заинтересованный. Младший подходит и тоже касается гриба. Губчатая шляпка слегка проваливается, гриб кренится, и он в испуге отдергивает руку. В кои-то веки грубые руки Тора оказались нежнее аристократичных пальцев Локи.

Старший встает и утягивает за собой за руку младшего. Дальше они идут по тропинке вместе, не торопясь, осматривая природную красоту вокруг них. Тонкие березы, массивные сосны, пушистые ёлочки, изящные липы и рябины – все привлекает их внимание. Тор в задумчивости крутит в руках большую шишку, пока его брат рассматривает алые кисти ягод, потом протягивает руку, срывает одну и давит в руке. Кровавый густой сок стекает с ладони, и Тора, ненароком увидевшего это, на секунду бросает в холодный пот. Но, увидев черенки и обрывки листьев, он успокаивается.

Вот и большая прогалина, которая после уютной маленькой глуши кажется просто огромной. Неподалеку от них лежит копна сухих трав и цветов, чудом не намокшая под холодными осенними ливнями. Тор подходит к ней и размётывает по земле, чтобы можно было сесть. Локи наблюдает за ним, а потом неслышно опускается на сухую траву, подбирает под себя ноги, упирается руками в колкие былинки. Тор осторожно присаживается рядом, стараясь не издать ни единого звука. Слова не нужны, в них нет правды, а природа честна изначально.

Первые лучи солнца выходят из-за деревьев, наполняя сырой серый полог светом. Тени становятся гуще, и пейзаж приобретает сходство с нарисованной тушью картинкой. Свет, тьма и маленькие капли воды в загустевшем воздухе.

Легкий ветер приносит запах сырой земли и прелых листьев. Тор слегка щурится и, втягивая в себя аромат леса, чувствует знакомый неповторимый аромат. Осенний Локи пахнет сухой горечью отцветших трав, терпкой рябиной и свежей утренней росой. И прежде чем старший успевает разобраться во всем этом, новый поток ветра уносит все запахи прочь.

Тор пробует последовать примеру брата и пытается смотреть на встающее из-за деревьев солнце. Уже через минуту его взгляд, не выдержав яркого света, блуждает по Локи. Тор смотрит на иней на его доспехах, сверкающие капли на волосах, слегка сонное лицо с лёгким румянцем на щеках и на тонкие озябшие пальцы в траве. Он шевелится, и старший чувствует исходящую от него волну тепла, согревающую на миг озябшее от холодного воздуха тело и на вечность оседающую в душе. Сладкая истома охватывает сердце и, шумно вздохнув, Тор падает на пружинистый полог трав, устремляя взгляд в высокое недостижимое небо. Взметаются в воздух тонкие былинки и, кружась, падают на землю. Лишь семена отцветшего одуванчика улетают в безоблачную синеву.

Рельсы, располагающиеся неподалеку, начинают дребезжать, и, в следующий момент, перед глазами братьев проносится маленькая электричка. Они не шевелятся – нет нужды прятаться и уходить, их не видит никто. Короткая цепь вагонов сливается перед глазами в одну сплошную линию. Сверкнув блестящим боком, она быстро скрывается за деревьями, вновь возвращая покой и тишину на необжитую землю.

- Нам пора. – хрипло произносит Локи. Его голос сел от долгого молчания. Тор окидывает в последний раз взглядом местность и кивает. Локи поднимается с места, смахивает с одежды сор и делает шаг по направлению к железной дороге. Его мягкие сапоги неслышно сминают траву и, наконец, замирают на сияющем металле рельс. Локи идеально держит баланс, и Тор поневоле любуется застывшей чернильной фигурой брата на фоне ослепительного блеска солнца. Тот, даже не обернувшись, начинает аккуратно шагать по узкой балке. Раз, два, три – и вот уже Локи скрывается за ближайшим поворотом.

Тор тяжело поднимается с земли, отряхивает плащ и руки. Смутное ощущение конца закрадывается к нему в душу, тревожит и терзает её. Но его заслоняет собой здравый смысл. Сколько раз уже они сюда ходили, столько же ещё и предстоит, ведь, ничего не может случиться. Вот она Земля, вот их домик и вечная жизнь. Такое не может просто взять и исчезнуть. Тор закрывает глаза и впитывает в себя дух осени – сырой туман, пронизанный холодом и горьким запахом прелой листвы, которого лучи солнца касаются, но не могут заполнить теплом. И ему кажется, что Локи – воплощение именно этого времени. Он улыбается уголками губ и, ступив на скрипучие доски шпал, размашистым шагом начинает догонять такого родного, и в то же время далёкого, брата.

В те времена, Тор еще называл его так.

@темы: Loki, Thor, объем: мини, рейтинг: G, фанфик

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Thor/Loki Community

главная