Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
19:17 

На краю перемен

She is an Idiot
Северус, иди на кухню. Там твое место.(с)
Название: На краю перемен
Автор: She is an Idiot
Бета: Q_ja_joke
Фэндом: Тор, Тор: Царство тьмы
Категория: Слэш
Пейринг: Тор/Локи основной
Рейтинг: NC-17
Жанры: романс, драма, ангст, hurt/comfort
Предупреждения: ОЖП, ООС, АУ, ER, ченслэш
Размер: мини
Статус: закончен
Размещение: запрещено
Саммари: Иногда достаточно одной случайности, чтобы все тайное и тщательно скрываемое в один миг стало явным.
Примечание автора: возраст персонажей: Джейн - 36 лет, Тору - 37 лет, Локи - 20 лет, ОЖП - 18 лет. Буду рада комментариям и мнениям)

- Кая, идите быстрее завтракать, иначе опоздаете! – крикнула Джейн в сторону лестницы, раскладывая тарелки на столе.

- Мы сейчас! – донеслось сверху.

- Доброе утро, - Тор мягко поцеловал жену в щеку и расположился во главе стола, тут же хватая утреннюю газету.

- Как же мне не нравится этот Локи, - пробормотала Джейн себе под нос, разливая оставшийся кофе по чашкам.

- С чего это вдруг? – от удивления Одинсон даже опустил газету, недоуменно смотря на Джейн.

- Ну, ты только посмотри на него! – резко воскликнула она, но тут же осеклась и продолжила уже гораздо тише: - Заносчивый, надменный, эгоцентричный. Вечно ходит с таким лицом, будто мы все пустое место. Что Кая только нашла в нем? - покачала головой Джейн.

- Не преувеличивай, дорогая, - мягко улыбаясь, ответил Тор, - если ей с ним хорошо, то почему бы и нет? – Он сделал глоток кофе. – К тому же, он весьма умен, сообразителен, хорош собой, из обеспеченной семьи - отличная партия.

- Партия? – как-то агрессивно усмехнулась Фостер, садясь по правую руку от мужа. – Мы что, в средневековье? Какая еще партия? Я ни за что не позволю этому Лафейсону жениться на ней.

- О женитьбе и речи нет, - Тор как-то помрачнел и нервно сжал пальцами ручку от чашки.

- О чьей женитьбе? – перепрыгнув последние ступеньки, весело спросила Кая, тут же хватаясь за кофе. За ней мерно спускался Локи, насмешливо смотря на Джейн. Он как будто знал, о чем говорили супруги.

- Дарси, - улыбнулась Фостер, целуя подошедшую дочь в щеку. – Тор все никак поверить не может, что она собирает замуж за своего Ральфа.

Послышался скептический смешок Локи. Джейн, успокаиваясь, глубоко вздохнула и чуть прикрыла глаза.

- Ой, - едва не подавившись, сморщилась Кая, тряхнув волосами – природа одарила ее поистине удивительным сходством с отцом, в том числе и изумительной копной пшеничных волос. – Он же такой высокомерный!

- Зато твой так и светится скромностью, - пробормотала ее мама себе под нос и уже громче добавила: - Что поделать, Дарси всегда имела специфический вкус.

- Вот уж точно, - хмыкнула Кая, а потом с улыбкой обернулась на Локи, который галантно подвинул ей стул, - спасибо.

- Не за что, - ответил Локи, садясь рядом, а потом, изобразив на лице искреннюю доброжелательность, обратился к Джейн: - Приятного аппетита, миссис Фостер. Мистер Одинсон.

Одинсон просто кивнул с несколько странной полуулыбкой.

Джейн поморщилась: это «миссис Фостер» звучало так уничижительно, что каждый раз, когда Лафейсон так говорил, ей хотелось со всего размаху влепить ему хлесткую пощечину. Такое чувство, будто и сам Локи осознавал, как скептически и с какой неприязнью к нему относится мать Каи. И потому всегда с особым нажимом и интонацией обращался к ней, словно желая не то унизить ее этим, не то показать, что она такой же член семьи Одинсонов, как и он сам. Ведь Джейн в противовес мнению общества и желанию самого Тора отказалась брать его фамилию. Она уже смирилась с косыми взглядами в свою сторону: замужняя женщина, носящая девичью фамилию, всегда воспринимается людьми негативно. Но смириться с тем, что какой-то заносчивый и эгоистичный подросток, ровесник ее дочери, то и дело акцентирует на этом внимание, будто желая показать ей, что она не является частью жизни Тора, не является его истинной женой – принять это она не могла при всем своем желании. И от этого ее злость на Лафейсона росла с каждой новой встречей.

- Спасибо, - Фостер еле выдавила из себя улыбку.

- Ты же отвезешь Каю? – обрывая напряженную нить уничижительных взглядов между своей женой и Локи, спросил Тор. Казалось, он был зол на что-то. Или на кого-то.

- Каю? – переспросила Джейн. – А Локи не поедет в университет?

Тот нахмурился и хотел уже что-то ответить, но вмешался Тор:

- Если я правильно помню, - с нажимом проговорил он, несколько агрессивно смотря на Лафейсона, - то ты говорил, что сегодня у тебя учеба во второй половине дня. Я не прав?

Локи так и подмывало сказать, что вопрос поставлен некорректно. Должно быть не «Я не прав?», а «Ты должен сказать, что я прав».

- Нет, в первой, - передернул Лафейсон плечами.

- Пап, ты чего? Локи сегодня вместе со мной, - прожевав тост, протянула Кая.

Тор прикрыл глаза, указательным пальцем огладил ручку пустой чашки, а потом вскинул взгляд на Лафейсона. Локи сглотнул, у него едва не сбилось дыхание, а вспотевшие ладони он на рефлексе потер о джинсы: Одинсон посмотрел на него так, что на секунду показалось, будто его держат на краю моста с прикованным к ноге куском бетона и вот-вот собираются толкнуть прямо в бездну.

- Хотя, - Лафейсон нервным движением потер место над ключицами, - мне в любом случае надо сначала заехать домой.

- Ну, мы можем…

- Нам с ним все равно в одну сторону, - перебил дочь Тор, - так что езжай с Джейн, иначе вы обе опоздаете.

- Ну хорошо, - пожала плечами Кая, а Джейн еле заметно выдохнула с облегчением: вожделенное освобождение от общества этого мальчишки приятно расслабляло.

- Мистер Одинсон, вам не стоит беспокоиться. Я и сам могу дойти, - отстраненно сказал Локи, отведя взгляд в сторону. Джейн закатила глаза, допивая остатки кофе. Кая лишь усмехнулась, неряшливо облизывая пальцы от малинового джема.

Тор наклонил голову к правому плечу и несколько странно улыбнулся:

- Мне не трудно, поверь.

- Я думаю, нам пора, - громко сказал Джейн, про себя отмечая этот неодобрительный взгляд Тора: вдруг он просто лукавил, и Локи ему неприятен так же, как и ей самой? О, это было бы просто замечательно и ускорило бы процесс избавления их семьи от общества Лафейсона.

- Да, пойдем, - вытерев руки салфеткой, ответила Кая. И, встав из-за стола, обратилась к Локи: - Только не сильно опаздывай, ладно? Я же не выдержу две пары истории в одиночку!

- Конечно, - как-то криво улыбнулся Локи и слегка вздрогнул, когда она попыталась поцеловать его в губы, и тут же подставил щеку.

Кая сначала нахмурилась, но потом просто списала это на некое стеснение Локи перед ее родителями. Хотя после таких громких ночей их вряд ли бы удивил поцелуй.

- Пока пап, Локи, - помахав им обоим на прощанье, Кая буквально выпорхнула из дома: было видно, что она находится в самом лучшем настроении.

- Увидимся, - мягко улыбнулась своему мужу Джейн, но тут же слегка нахмурилась: - До встречи, Ла… Локи. – Едва не допустив осечку, Фостер тут же развернулась и вышла из дома, неслышно закрыв за собой дверь.

Воцарившаяся тишина буквально вгрызалась в сознание, будоражила все спрятанные чувства и эмоции, натягивала металлические нити по всему пространству комнаты, не оставляя свободы жестам.

Локи сидел, расправив плечи и выпрямив спину так, что ни единым ее сантиметром не касался спинки стула. Его взгляд был напряженным, но отнюдь не испуганным. Он смотрел перед собой, практически не моргая и высоко вздернув подбородок.

Тор же чувствовал себя более расслабленно, точнее, более уверенно в себе, так как находился на своей территории и чувствовал некую власть над Локи.

Первым не сдержался Лафейсон: он так резко встал, что ножки стула со скрипом проехались по полу.

- Я…

- Сядь, - практически приказал Тор, впрочем, сказав это очень тихо и как-то отстраненно.

Локи поперхнулся воздухом на такое заявление, точнее, на такое обращение с собой.

- Как пожелаете, - буквально выплюнув эти два слова, он проворно развернулся и хотел было уйти, но Одинсон молниеносным движением оказался рядом и толкнул Лафейсона назад, припечатав задницей к столу.

- Ты ведь даже не представляешь, как мне сейчас паршиво, - обманчиво мягко прошептал Тор, пальцами скользя по щеке Локи, спускаясь к подбородку и ниже, пока не обхватил всю шею в подобие полукольца, несильно сжимая.

Лафейсон чуть зашипел и еще сильнее вздернул подбородок, а на губах появилась ядовитая ухмылка:

- Что, ночами не высыпаешься?

- Замолкни, - прорычал Тор, уже настойчивее сжимая пальцы на чужом горле. Локи на рефлексе потянулся руками к шее, но тут же одернул себя, стирая отпечатки страха с лица, своим видом пытаясь выразить максимальное пренебрежение. Одинсон лишь хмыкнул на это, прекрасно осознавая, как сильно пропитан фальшью Лафейсон. Казалось, она обволакивает его, мягкими потоками струясь по пальцам Тора. – Ты ведь должен понимать, что Кая – мое все. Я ради нее любого с лица земли сотру. И как же мне порой хочется просто взять и убить тебя за то, что ты с ней делаешь. За то, что так много позволяешь в отношении к ней.

- Отцовские инстинкты проснулись? – прошипел Локи, криво ухмыляясь и отведя взгляд в сторону. Ему казалось, что своими словами Тор буквально залез ногтями под кожу, причиняя тянущую, давящую боль.

- Но, с другой стороны, - Одинсон пристально посмотрел на Локи, как бы призывая встретиться с ним взглядом; говорил он так, будто и не слышал шпильки в свой адрес, - когда я вижу, как она к тебе прикасается, как целует, как оставляет по твоему телу свои отметки, - на последних словах Тор с легким нажимом огладил небольшое красное пятно на шее Локи. Пятно, которого еще не было вчера. – Как ты стонешь ночами с ней, позволяя делать то, чего никогда не разрешишь мне, - в такие моменты я хочу…

Он не смог договорить. Не позволил себе настолько невообразимую гнусность – говорить такое о своей дочери.

Впрочем, даже будучи недоговоренной, эта фраза смогла относительно усмирить воспылавший в Локи огонь ревности. Смогла успокоить взыгравшие кривым минором обиды. Смогла спасти Локи от опрометчивых движений.

Тор горько усмехнулся и неожиданным движение уткнулся носом в плечо Лафейсона, выпуская его шею из ладоней, переместив те на тонкую талию.

- Господи, сколько это будет продолжаться? – глухим голосом прошептал Одинсон.

- Иногда, обманывая Каю, мне приходится так выворачиваться, - Лафейсон даже облизнулся, чуть прикрыв глаза, - что это даже становится весело.

- Ты говоришь о моей дочери, черт возьми, - незамедлительно отреагировал Тор: слегка повысил голос и вскинул голову, опуская руки, - она – часть меня, и…

- Она лишь твоя неумелая и никудышная копия! – истерично воскликнул Локи, напирая на Тора, становясь почти вплотную, но тут же успокоился, показывая свою скабрезную, просто отвратительную ухмылку и торжество в глазах. Торжество от того, что смог вновь ухватиться за нужные нити, потянув за которые, можно вытащить на свет что-то из самых глубин сознания Тора.

Одинсон глубоко вздохнул, нервным движением сжав руки в кулаки, будто готовясь для удара. Впрочем, Локи это ничуть не испугало: он любил таким образом играть на отцовских чувствах Тора, вынуждая раз за разом выбирать: кто же Одинсону ближе, нужнее, важнее. Хотя до сих пор и не получил четкий и явный ответ, отчего бесился и раздражался еще сильнее, с каждым разом ужесточая свои язвительные комментарии и скабрезности. Он желал узнать ответ, желал всем своим нутром, всей сущностью, но одновременно предсказывал для себя наихудший финал, уничтожая надежду на иное в самом зародыше. Да даже не предсказывал - он знал, что их связь ничем хорошим не обернется, что рано или поздно придется либо раскрыть все карты и получить свою порцию грязи от Каи и Джейн, либо тихо и незаметно все прекратить, оборвав все нити, связывающие Лафейсона с семейством Одинсонов.

- Не смей так говорить! – весь вид Тора буквально кричал о том, что он сдерживается из последних сил, что у него вот-вот закончится терпение, и тогда Лафейсону костей не собрать. Но Локи знает, что Одинсон никогда себе такое не позволит. И тут Тор как-то сник, точнее, будто сбился с мыслей, потерялся в закромах своего собственного сознания. Его взгляд стал несколько безучастным, он слегка отстранился от Лафейсона и посмотрел чуть в сторону, поверх его угловатого плеча. - Ваши отношения уже год держатся. Кая только о тебе постоянно и говорит: Локи то, Локи это, Локи там…

Лафейсону стало не по себе. Он глубоко вздохнул, слегка повел плечом в сторону, отвел взгляд. Но уже в следующую секунду приблизился вплотную в Одинсону, беря в свои ладони его лицо и вынуждая посмотреть на себя.

- Тор, - с нотками сожаления прошептал Локи, но тот не дал ему закончить.

Прикрыв глаза и положив свои руки поверх пальцев Лафейсона, Тор как-то обреченно продолжил:

- Что ты с нами сделал только?.. Во что ты превратил мою семью?..

Локи подавился вздохом. Он нервным движением попытался отодвинуться в сторону, желая отдернуть свои руки. Но Тор ему не позволил, с силой обняв за талию и сталкиваясь лбами.

- Хоть сейчас ты можешь не изворачиваться? – с горечью спросил он.

- А что мне еще остается делать: связался на свою голову, - огрызнулся Локи, отворачиваясь от пристального взгляда.

Одинсон неожиданно ласково улыбнулся и потерся носом о щеку Лафейсона, вырывая из него судорожный вздох, заставляя сглотнуть и прикрыть глаза от такой нежности.

Тор чувствовал, что просто не может противостоять фантастическому магнетизму Локи: тот привлекал не внешней красотой. Он завораживал чем-то, идущим изнутри, из самого естества. Будто волна исходила от него, сшибая последние стены сопротивления и отвержения. Разбрасывая в разные стороны крупицы уверенности, ломая стереотипы и руша устоявшиеся догматы.

Мягкий поцелуй застал Локи буквально врасплох: он только и успел, что вцепиться пальцами в рубашку Тора, но тут же сориентировался и начал отвечать, прикрыв глаза и сокращая миллиметры воздушного пространства меж ними.

С каждой секундой они чувствовали, что желание становится слишком сильным, что дышать становиться все труднее, а держать бродящие мысли в узде - практически нереально. Тор неаккуратно задрал край пуловера Локи, оглаживая руками его спину, вынуждая вздрогнуть от того, какие все-таки у Одинсона горячие руки. А в это время Лафейсон неловко, несколько небрежно, но торопливо расстегивал пуговицы на рубашке Тора, чуть не обламывая ногти об их круглые бока.

Тяжелая вуаль возбуждения, похоти и желания обрушилась на них, закрывая собой, словно ширмой, все мысли о неправильности поступка, о морали и этике, о том, как отвратительно по нормам общества они себя ведут.

Тор одним движения стянул с Локи треклятый пуловер, так же быстро снял с себя рубашку, желая, наконец, прикоснуться кожа к коже, почувствовать этот контраст - не только внешний, но и тот, что можно лишь осязать. Запрокинув голову, Локи ощущал нежные прикосновения губ Тора к своей шее, впрочем, в этих практически невесомых жестах чувствовалась такая властность, что Локи не смог сдержаться: громко застонав, он с силой оттолкнул от себя Одинсона, дрожащими пальцами вцепившись в его ширинку:

- Хватит, - облизнувшись, сказал он, дергая на себя молнию, и хотел уже было опуститься на колени, как Тор отдернул от себя его руки и порывистым движением развернул к себе спиной, скидывая со стола всю посуду и вынуждая облокотиться об него грудью. Лафейсон даже хотел рассмеяться на такие действия со стороны Тора, но голос того вынудил смех застрять в горле.

- Знал бы ты, как я тебя ненавижу, - Локи сразу понял: не его Тор ненавидит. Одинсон презирает прежде всего себя самого. Но ответить что-то Лафейсону не позволили легкие поглаживания вдоль спины: прямо по свежим царапинам от Каи. Три слева и четыре справа – Локи точно помнит. А еще Локи даже не надо оборачиваться, чтобы увидеть, какие эмоции мелькают на лице Тора, какая дикая смесь из ревности, обиды, сожаления и брезгливости к самому себе искажает черты его лица.

Одинсон тяжело вздохнул и уткнулся носом между лопаток Локи, заставив того замереть в ожидании. Осторожные, ласковые поцелуи вдоль позвоночника послали волну мурашек по телу. Но, едва дойдя до поясницы, Тор резко отстранился, напоследок мазнув самыми кончиками пальцев по царапинам, и развернул к себе Локи, тут же впечатывая в его губы властный, грубый поцелуй. Лафейсон хотел вцепиться в широкие плечи Одинсона, но тут же одернул руки, почувствовав под ладонями не мягкий хлопок рубашки, а чуть взмокшую кожу. Однако ему не потребовалось много времени на то, чтобы сориентироваться: со следующим касанием он примкнул к Тору практически вплотную, закидывая свои руки ему на спину, ногтями цепляясь за кожу чуть выше лопаток. И не заметил, как вжикнула молния на его джинсах и как, приспустив их вместе с бельем, Одинсон вынудил Локи сесть на стол и только потом, прервав поцелуй, полностью раздел его.

Тор чувствовал, что его ведет уже от вида этого тела, от одного взгляда на затуманенные поволокой и похотью зеленые глаза, от этих тонких, чуть подрагивающих пальцев, которыми Лафейсон вцепился в край стола. Одинсон опустился на колени, рукой слегка огладил член Локи, а губами вырисовывал неведомые узоры на внутренней стороне его бедра, вдыхая терпкий аромат.

Лафейсон не застонал: всего лишь вздрогнул, прикрыл глаза от удовольствия и запустил пальцы одной руки в волосы Тора, слегка массируя кожу. А потом ухмыльнулся тому вожделенному взгляду, которым окидывал его Одинсон: Локи отлично знал эту слабость Тора.

Одинсон лишь улыбнулся, позволяя Локи насытиться моментом не безобоснованного самодовольства, а потом, не отрывая взгляда от его лица и переместившись губами на другое бедро, опустил руку к своей ширинке. Встав и откинув ненужную одежду в сторону, Тор тут же навалился на Локи, широко раздвинув его бедра и заставив зашипеть от легкой боли из-за столкновения головы с деревянной поверхностью стола, но тут же замолкнуть в ответе на поцелуй.

… Подаваясь навстречу сильным толчкам Тора, Локи едва успевал переводить дыхание, обвив его шею руками, а талию - ногами. Но ему было мало.

- Черт, - прошептал он, выгнувшись от очередной вспышки наслаждения, - ты двигаешься, а-ах, как черепаха-а-а!

В иной раз Тор бы вряд ли не отреагировал на эти слова: он бы показал, как это на самом деле, когда двигаешься как черепаха. Но не сейчас: сейчас было по-другому. Словно их недавний разговор, наконец, смог задеть что-то в их сознании, достучаться до каких-то потайных уголков их душ и помог осознать, во что именно они вляпались.

С каждый новым толчком, с каждым новым разрядом удовольствия по телу Локи казалось, что он все ближе и ближе подходит к полной и всепоглощающей пустоте начала миров, в ожидании одного – яркого, ослепляющего взрыва оргазма. Он уже даже не открывал глаза, полностью сосредоточившись на ощущениях, отдаваясь во власть рук и губ Тора, ведущих его к самому краю.

Едва увидев, как Локи запрокинул голову, в беззвучном крике открыв рот, Тор тут же ощутил, как волна оргазма затопила и его, отрывая от дна реальности и течением на доли секунд утаскивая куда-то за пределы этого мира.

Локи обессилено откинулся на спину, раскинув свои руки по столу, в то время как Тор, уткнувшись ему в грудь, пытался привести дыхание в норму.

Они не услышали тихого щелчка закрывшейся двери.

***

- Боже, Кая, я уж думала ты вообще не вернешься, - проворчала Джейн и тут же сосредоточилась на дороге, выезжая со двора их дома и вливаясь в общий поток машин.

- Прости, - нервным жестом ее дочь потеребила кулон на шее, отвернувшись к окну. – Не могла найти учебник.

- Надеюсь, из-за твоего учебника меня не выкинут с работы! – воскликнула Фостер, выстукивая дерганный ритм по рулю. Но тут заметила резкую перемену в настроении дочери: - Хэй, что-то случилось?

- Нет, с чего взяла? – постаравшись сделать свой голос как можно более нейтральным, ответила Кая.

- Просто… Черт, ну куда ты лезешь, идиот! – взмахнув руками, Джейн тут же нажала на газ, не дав соседней машине пристроиться впереди. – Так вот... - но договорить ей не дал звонок на мобильный телефон. Буквально вслепую вытащив его из кармана плаща, Джейн тут же ответила: - Да, я слушаю!

И в то время, пока мать разговаривала с кем-то по сотовому, Кая с силой закусила губу, пытаясь не выдать слез.

Она уже десять раз пожалела, что сунулась домой ради гребанного учебника.

И в первый раз она пожалела, что когда-то связалась с Локи. Точнее, что посмела влюбиться в него до одури. До того, что сейчас чувствовала себя не просто униженной, а полностью раздавленной. И кем? Отцом! Своим собственным отцом!

Это просто не укладывалось в голове, казалось, что это - неумелая постановка авангардного театра, и только осознание того, что все, что она видела – было реальностью, не давало ей шанса абстрагироваться и попытаться успокоиться самовнушением.

И теперь она понимала, что с этого дня все, все пойдет кувырком. Что сейчас очень многое зависит от нее, и в первую очередь - сохранность их семьи.

С силой поджав губы, Кая подавила готовый сорваться с губ всхлип и как можно незаметнее стерла с лица соленую влагу.

В груди что-то сжалось от осознания собственного бессилия. О том, что делать дальше она не имела ни малейшего понятия.

Никто из них троих не знал, что будет. И только Кая понимала, что сейчас все лишь в ее руках, и то, как развернутся события в дальнейшем, будет зависеть от ее слов и действий. Знать бы еще, что же нужно делать…


@темы: фанфик, статус: закончено, рейтинг: NC-17, объем: мини, movie: Thor, Thor, Loki

Комментарии
2013-10-23 в 21:43 

Трепетная Няшка
Желез желудка секрецию понижающее средство-Н2-гистаминовых рецепторов блокатор.
потрясающе.
пока читала-сидел зажатая, нервничала..
я считаю, очень сильная работа.
:hlop:

2013-10-24 в 08:41 

She is an Idiot
Северус, иди на кухню. Там твое место.(с)
Трепетная Няшка, Благодарю вас! Рада, что удалось передать настроение)

2013-10-26 в 19:28 

thunderbird_m
главное не рост, возраст и вес. главное - не ссать.
Мне очень понравилось, спасибо!

2013-10-26 в 23:05 

She is an Idiot
Северус, иди на кухню. Там твое место.(с)
thunderbird_m, Вам спасибо!

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Thor/Loki Community

главная